История Оксаны

Автор: Редакция     Дата: 2015-01-31     Категория: книга памяти



После того, что произошло на Греческой площади, все разбежались в разные стороны, убегая от лиц с "жовто-блакытными" флагами. Никто не знал куда бежать - кто домой, кто на Куликово поле. Были журналисты, телевидение, из России в том числе, которые нас снимали, брали интервью. Мы бежали по дороге, встречаясь в нашими, постепенно увеличивая нашу группу. На ул. Пантелеймоновской, почти у ЖД вокзала, какой-то парень дал нам 3 биты, говоря, что он с нами, т.е. нас поддерживает. Наши парни поблагодарили и сказали, что этого никогда не забудут. Все с радостью стали идти вперед. Дойдя до Куликова поля, мы увидели, что люди там уже стали все разбирать, строили баррикады у Дома профсоюзов, ломали асфальт для дальнейшей обороны. В это время шел стрим, где показывали наших противников, в т.ч. и ультрасов-одесситов, которые двигались с большой скоростью в сторону Куликова поля.

Пока наши все разбирали, мы что-то пытались сделать, т.е. чем-то помочь. Проходили парнишки лет по 13-15 и говорили в наш адрес: "Что они делают? Они сами себя загоняют в ловушку?!" Я понимала, что они говорят правду.

Некоторые из нас просто (уже я потом узнала) сбежали в "зеленую" зону, куда можно было отойти и где еще никого не было. Я колебалась и не знала, что мне делать. Моя знакомая (не буду называть имени) была тоже там, но в это время она общалась со своим другом, который был в дружине. Мужчина, нам незнакомый, который был у входа Дома профсоюзов, часто повторял: "Женщины, дети! Заходите внутрь! Они уже рядом". Я слышала эту фразу не один раз, но не решалась, опасаясь того, что я одна и никто меня не защитит. Да и, к тому же, толку с меня там было бы мало. Внутреннее чувство (или шестое, как говорят) мне подсказывало, что мне туда не нужно идти, но разум, это даже не разум, а, наверное, совесть, не позволял отойти - ведь мы всегда кричали " Один за всех и все за одного!" Я позвала свою знакомую несколько раз, но та даже не обернулась в мою сторону: то ли не услышала меня, то ли была занята общением с ее другом. Я решилась войти в здание.

Войдя, я поняла, что это может затянуться на трое суток - пока нас не заморят голодом. Ведь мы не были готовы к такому развороту событий. На первом этаже я увидела блок холодного чая "Липтон". Меня волновало одна мысль: ведь мне завтра на работу, а если мы не выйдем, как быть?! К тому же, и телефоны все были почти разряжены, вряд ли бы дотянули до утра... Все хотели жить, никто не мог подумать, что умрет, ведь если бы знали, конечно, многие бы убежали, минуя эту злую участь.

Парни сразу же стали выбивать двери в кабинетах, стекла в окнах... Заняли позиции у окон, чтобы обороняться. Женщин, девушек попросили остаться в коридоре, подальше от окон. Я была с женщиной лет 35, она просила меня быть рядом с ней, т.к. очень боится. Вот мы и стояли, потом нам стало интересно, мы хотели подойти к окну (боковому), но нас парни не пустили. Благо, что был санузел в конце коридора. Парни у окна что-то бросали на улицу: не знаю, что это было, но точно не «коктейли». И они нас тоже просили отойти. Вернувшись в центральную часть коридора, я увидела двоих из лидеров Куликова поля (тоже не называю имен), их многие знали. Я так переживала, что не смогу завтра попасть на работу, но один из них меня решил успокоить, сказал, что все будет в порядке. Я стала немного задыхаться, и мне какой-то мужчина достал маску из своего кармана. Я его не знала, ему было около 45-50 лет. Поблагодарила его, но до сих пор сожалею, что не знаю, жив ли он, т.к. не помню даже его лица. Что-то стало гореть, но мы не видели, что было снаружи, парни просили огнетушитель, он был (мы его уже заранее нашли), кто-то отнес... Все эти действия происходили на втором этаже. Один из выше указанных лидеров Куликового поля (женщина) стала проверять, есть ли вода в пожарном щите, но воды там не оказалось, видно уже отключили... Шланг был настолько коротким, что даже не достал бы ни до одного кабинета. Эта женщина сорвала план эвакуации из здания и попросила всех пробежаться по этажам и сделать то же самое. Я спустилась на первый этаж - там было очень темно, я пробежалась по коридору в одну, потом в другую сторону. Ничего в темноте не найдя, я вернулась на второй этаж. Перед тем, как подняться, я увидела через входную дверь, что на улице горят палатки, наши баррикады и мне стало страшно немного, но я себя успокаивала, что все будет хорошо. Никого из знакомых я уже не видела. Между первым и вторым этажами парни с тыльной стороны здания что-то все время кидали. Их было, по-моему, трое.

Я выглядывала из окна и увидела, что почти с самого начала ворота со двора правосекам открыл какой-то мужчина, взрослый, за 55. Возможно, седоволосый, среднего телосложения. Он преднамеренно запускал во двор бешеную толпу.



Судя по видеоматериалам, Оксана видела некоего Борщенко –
давнего соратника бывшего мэра Одессы Гурвица

Я стояла просто в коридоре, не знаю, сколько времени, все постепенно покрывалось тьмой, становилось темно, и даже дневной свет не помогал нам что-либо увидеть. Густые клубы дыма странно поднимали по коридорам, запах был таким, как будто горели шины... Я не понимала просто, откуда этот запах.



Что было на верхних этажах, я не знала, т.к. туда даже не поднималась. Я пыталась пойти на третий, но увидела, что там тоже темно, дым... И решила оставаться на месте. Куда дальше двигалась и где я была, точно сказать не могу, т.к. многие из нас уже ничего не понимали... Я побежала в поисках воздуха с центра коридора в сторону ЖД вокзала, но, прибежав туда, я поняла, что там нет доступа к кислороду, а может, не нашла... Воздух становился гуще, и уже ничего не было видно; было как в аду - глаза открыты, но был мрак. В сторону, откуда я только вернулась, бежало несколько женщин, мы столкнулись... Я остановилась, не зная, что делать. Услышала за спиной голос женщины: «Я умираю, умираю, помогите!!!» Я испугалась и стала тоже кричать, что мы умираем. В этот момент, вдыхая эти клубы дыма, я чувствовала, что каждый вздох становится все тяжелее и тяжелее, что воздух стал таким горячим, что еще несколько таких вздохов и можно забыть о жизни. Я протянула руку и ухватилась за рукав одежды мужчины, судорожно держа его, я просила его спасти меня, пойти куда-то, где есть воздух. Пройдя немного, я почувствовала облегчение, легче дышать стало, и мы вошли в какой-то кабинет, который был спасением. Войдя, мы увидели людей еще в соседнем, смежном кабинете. Мужчина с большим деревянным крестом стоял и молился. Я ухватилась за одежду мужчины, стала кричать, чтобы спасли кого-то - ведь люди умирали... Но никто не шевельнулся, никто не вышел за дверь на коридор, т.к. это была смерть. Радуясь тому, что у нас есть хоть немного воздуха и есть возможность спастись, мы стояли... Что на улице было, не знаю. Спустя некоторое время зажглось окно от кинутого коктейля, мы не двигались. Тушить было нечем... Вслед за этим полетел второй коктейль уже в центр того же соседнего кабинета (там были верующие).



Они вошли в наш кабинет, где находились мы. Пожар стал пробираться дальше, поэтому нам нужно было выбегать. Куда потом бежали, не помню... ни в каком направлении, ни с кем. Мы просто разбежались. Я не могу до сих пор понять, где это все происходило.
Я увидела свет, рядом были мужчины и женщины, которые бежали со мной к окну. У окна мужчина и одна из женщин стояли на карнизе. Высунув голову, я и поняла, что если полетит еще один коктейль, женщина, которая на карнизе, может отойти назад, и осколки стекла могут войти мне в голову. Я опасалась, но потом, понимая, что нужно дышать, мне стало все равно. Одна из женщин повторяла: «Где мой сын? Он же наверху…" Девушка молодая сидела сбоку за мной, на столе или на стуле, вся в саже, черная. Кто еще был, не помню. Справа у окна горел кондиционер, я просила его потушить, но нечем. За окном стояла разъяренная толпа. Женщина, которая стояла за окном, передо мной, просила помощи: "Мы сдаемся, сдаемся. Здесь женщины, дети..." В ответ мы слышала: "Ну, что? Хотите еще в Россию?" Через некоторое время к соседнему окну поднесли этажерку, которая использовалась на сцене Куликового поля для флагов. По ней стали спускать людей, помогала милиция.



Что до этого за окном происходило, не видела. Видела, как спускали женщину с рюкзаком на плечах. Потом уже и я влезла на карниз, т.к. "освободилось" место. Мужчины помогли перейти на соседнее окно, и уже оттуда меня мужчина подал, наверное, работникам милиции, которые поочередно передавали меня друг другу, крепко удерживая, чтобы я не упала. Когда я оказалась на земле, в моей голове не укладывалось, как я выйду через эту толпу. Ведь сначала я думала, что просто толпа разойдется, и я спокойно выйду. В недоумении, я увидела женщину у стены - между толпой и милицией. Какой-то парень подошел, сорвал с нее георгиевскую ленту (я свою сняла раньше) и прижал ее к стене. Это было похоже на то, как поступали фашисты с нашими русскими... Я решила выйти через толпу, но мне не позволили. Какой-то парень из толпы решил меня к себе силой потом вытащить, и когда я поняла это, ухватилась за рукав рубашки милиционера (возможно, у него было какое-то звание, т.к. был одет не так, как другие, а в рубашке). Тогда этот парень из толпы дал мне пинка, и я вернулась обратно, а наш "госслужащий" отдернулся и стал на меня кричать: «Чего ты хочешь от меня?» - когда я за него держалась, чтобы меня не вытянули на растерзание. После этих слов я поняла, что он мне не поможет. Тогда я ухватилась за другого милиционера, обеими руками за одежду, и стала кричать, что там, в здании, люди умерли, чтобы помогли, но он просто отводил взгляд и отворачивался. Я не знала, что дальше делать. Решила подойти к женщине, которая стояла у стены, поближе. Но ее и меня облили из бутылки бензином - лили на голову, в лицо, глаза. Когда я ощутила запах бензина, жжение в глазу, свитер был мокрым... я поняла, что одна спичка - и это конец. Я понимала, что нас поставят, возможно, на колени и мы должны будем кричать "Слава Украине", и осознавая это, а особенно то, что я не поддамся этому, меня ждет летальный исход. Я стала кричать так, что было, наверное, слышно на вокзале. В это время я услышала фразу, которая повторилась три раза, говорили парни: "Отпустите ее, у нее шок!"

Обернувшись, я увидела, что толпа расступилась, и я побежала, обегая клумбы у фасада здания и в самом углу я увидела труп парня, у которого не было какого-то органа тела. Я видела кровь и живую ткань человека.







Я стала кричать сильнее, мчась с огромной для меня скоростью мимо толпы. Подумав, что я "свободна", меня схватили под руки парни и уложили на землю под ели. Я только кричала, чтобы меня никто не трогал, не прикасался ко мне. Кто-то просил принести воды, меня ею облили. Меня интересовало, кто это. На этот вопрос отвечали: "Свои". Но это были не "свои". Я снова задавала один и тот же вопрос, подбежали девочки и, узнав, что я их "противник", стали призывать парней: «Бейте ее, бейте!» Принесли мне нашатырь... Но парень, который потом представился позже, ответил, что я точно такой, же человек, как и они... Постепенно я стала осознавать, что происходит. Надо мной стояли нерусские парни (возможно, турки), их было около пяти. Тут был знакомый, которого я видела часто на Куликовом поле. Он меня вывел оттуда, а этот парень с толпы, который просил мне принести воды, стал тут же мне объяснять, что он из России, проживает на данный момент в Харькове и что я зря думаю, что в России так хорошо... Но мне все это не было интересно. Поблагодарив его за то, что он для меня сделал, я пошла дальше со знакомым. Увидев милицию, которая медленно просто шла вдоль Куликового поля, я стала снова кричать, что там люди умерли... Но им это не было интересно.

Так я оказалась за пределами Куликова поля.

Но, если бы я могла вернуть этот день назад, я знаю точно, что поступила бы точно так же! Даже если бы не выжила!



Вадим Негатуров

Командировка на Землю

«Земля – наш дом» - верна формулировка,
Но Шар Земной мне не навек жильё:
Я на работе здесь, в командировке…
На Небесах – Отечество моё.

Не знаю срок командировки этой,
И цель её постичь я должен сам.
Внезапно для отчёта и ответа
К Святым я буду вызван Небесам.

Сняв спецодежду в виде плоти тленной,
Прервав процесс земных своих работ,
Я понесу на Суд Творцу Вселенной
Земной командировочный отчёт…



Комментарии

Нет результатов.